«Спящая красавица» создавалась Чайковским в 1888–1889 годах, вскоре после окончания «Чародейки» (1887) и Пятой симфонии (1888) и накануне создания «Пиковой дамы» (1890). Поводом для возникновения нового балета явился заказ дирекции императорских театров. Глава дирекции И. А. Всеволожский ранее других оценил огромные возможности Чайковского как балетного композитора и еще в 1886 году сделал попытку привлечь его к работе над большой балетной партитурой.
В 1888 году Всеволожский обратился к композитору с новым предложением: «Я задумал написать либретто на "La belle au bois dormant" ("Спящая красавица") по сказке Перро. Хочу mise en scene сделать в стиле Louis XVI. Тут может разыграться музыкальная фантазия и сочинять мелодии в духе Люлли, Баха, Рамо и пр. и пр. Если мысль Вам по нутру, отчего не взяться Вам за сочинение музыки? В последнем действии нужна кадриль всех сказок Перро — тут должны быть и Кот в сапогах, и мальчик с пальчик, и Золушка, и Синяя борода и пр.».
Несколько позднее в одной из корреспонденций к Н. Ф. Мекк композитор писал о работе над «Спящей красавицей»: «Сюжет так поэтичен, так благодарен для музыки, что я сочинением его (балета. — Д. Ж.) был очень увлечен и писал с той теплотой и охотой, которые всегда обусловливают достоинство произведения».
Постановка «Спящей красавицы» готовилась с большой добросовестностью. Это проявилось уже в работе главного художественного руководителя постановки — М. Петипа над программой балета. Очень тщательно, с учетом стиля и многих деталей сказок Перро готовились декорации и костюмы. Первые выполнялись по эскизам известного театрального художника М. И. Бочарова. Эскизы костюмов рисовал сам инициатор постановки — И. А. Всеволожский, обладавший незаурядным художественным вкусом.
Премьера «Спящей красавицы» состоялась 3 января 1890 года на петербургской сцене.
В «Спящей красавице» воплощен почти исключительно «светлый» Чайковский — Чайковский торжественных любовных кантилен, жизнерадостной, блестящей, лирически изящной танцевальности. Это мир светлой романтики, который живет и в операх, и в симфониях Чайковского как противопоставление фатально трагическому или как завершающая фаза постепенного расцвета душевных сил и душевной страсти.
Д. Житомирский